Кот в самолете

Кот в самолете

«Кот доверчиво вскочил в кабину, и мы поднялись». Дальше на пяти страницах было рассказано, как кот стал искать двери, чтобы выскочить. «Но мы летели... Тогда кот зверем вскочил мне на спину и впился сначала в свитер, а потом в шею. Как управлять самолетом? Я схватил кота за спину и бросил на мешки с почтой. Но кот снова как сумасшедший стал  опять терзать свитер - а потом когтями впился в мою правую руку. Я понимал, что кота раздражал запах бензина и непривычная тряска. Но что я мог сделать? Пришлось прижать унтами кота к полу и кое-как дотянуть до посадочной полосы, чтобы я мог открыть кабину...»

Эту историю я вспоминаю, когда вижу в самолете кого-нибудь даже с маленьким зверем или птицей.

Один раз я видел, как приводили в чувство красных меченосцев, которым в стеклянной банке на большой высоте стало нечем дышать. Механик большого самолета принес из кабины баллон с кислородом, и маленькие рыбки были спасены.

В другой раз в самолете стало плохо большому попугаю. Во Вьетнаме я фотографировал редкого попугая и так увлекся, что жители деревеньки решили попугая мне подарить. «Восток - дело тонкое» - отказаться было нельзя. Я чем мог отдарился, и попугай стал моим.

В Ханое друзья весело посмеялись и пришли меня проводить с новой большой клеткой.

В самолете в новой клетке попугай заскучал и уронил голову. Я сразу же вспомнил о коте в самолете. Но попугай ни на кого не сердился, только опустился на дно клетки и закрыл глаза. «Ничего, оклемается», - сказал по-русски китайский летчик, учившийся в Москве. И в самом деле, попугай оклемался. И очень быстро.

- Ой, такая нарядная птица! Всю жизнь мечтал о такой! - приветствовал встречавший меня в Пекине собкор «Комсомолки» Леня Корявин.

- Леня, считай попугая своим!

А ВОТ РАССКАЗ, который я услышал в Антарктиде. Когда готовилась первая советская экспедиция, было не ясно: на чем в Антарктиде ездят? Решили взять с собой упряжку ездовых собак. Собак на Чукотке нашли опытных. Их решили сначала привезти в Ленинград. По дороге в самолете один из пилотов решил пожалеть ездовых псов и кинул им пару юкол. Что началось в самолете! Машину затрясло, как во время сильной болтанки. Кто-то из опытных людей растащил собак и отнял у них рыбу...

В Антарктиде выяснилось: век собачьих упряжек кончился, ездят теперь на тракторах. А собаки во главе с вожаком Волосаном бегали без дела. Среди них не было суки. Кто-то предложил заглянуть на австралийскую станцию, мол, у них есть собаки. Но как объяснить австралийцам, что нам нужно? «Скажите: нужна «леди-дог», - предложил кто-то из шутников. Неожиданно название понравилось и австралийцам. И вот наш попутный самолет уже ждет иностранную гостью. А потом в Мирном состоялась встреча «леди» и Волосана. Волосан был сама галантность - разогнал всю свою братию и сам пожелал показывать поселок и все тайные его места.

А ТЕПЕРЬ обратите внимание на снимок, сделанный на Камчатке. Почему собака отвернулась от самолета? Хозяин смотрит на самолет, а собака отвернулась. С этим псом мы с хозяином ловили рыбу, спускались вниз по быстрой реке, ходили стрелять уток. А теперь, когда они с хозяином пришли меня проводить, отвернулся от самолета. Я, помню, спросил об этом Василия Есина, родом из Мещеры Рязанской области. Тринадцатый сын у матери решил жить на Камчатке в самом глухом месте - оленеводческом поселке Верхние Пахачи. Самолеты сюда прилетали только раз в неделю. Понятно, что люди ходили посмотреть на «Аннушку». А вот собака Василия видеть самолет не могла. Почему? «Первый раз мы из Пахачей спускались на лодке, а возвращались на самолете. Барсу сделалось плохо - лежал, мутило его. С тех пор близко не подходит к самолету...»

Уж в багажнике автомобиля.

Я рассказал об этом случае знакомому пилоту на Севере. Он не удивился. «Не все одинаково относятся. Я на Севере человек новый. Семейные дела сложились так, что надо было уехать возможно дальше, - Север лечит... Обжился, друзья завелись. И привязалась ко мне собака. Прилетишь издалека, а она ждет. К самолету близко не подходила. Я видел эту аккуратность - сядет у тропки и ждет. Во всем была аккуратной. Любила гитару, еще больше патефон, особенно почему-то любила пластинку с песней «Валенки» - и научилась подвывать. Друзья узнали об этом и обычно просили: «Ну, Марта, давай «Валенки». И Марта с удовольствием игриво «пела».

Однажды геологи заказали самолет на дальний остров, и я решил взять с собою и Марту. Она с благодарностью смотрела на меня, но, только мы поднялись на нужную высоту, стала испуганно на меня глядеть, а потом легла, и было видно, что ей полет не нравится или что она боится и не находит в самолете места, где можно было бы спрятаться. Полет продолжался полтора часа. Когда сели, Марта кинулась к выходу и мгновенно скрылась. Мы разложили костер. Марта не подавала голоса. Утром мы ждали ее. Я запустил мотор в надежде, что она услышит. Но тихо было на безлюдном острове. Когда мы решили улетать, я на полную мощность запустил двигатель. И вдруг кто-то из нашей команды увидел на холме Марту. Я свистнул, и собака пулей понеслась к самолету и вскочила в дверь...

Что было с ней в первый день полета, не знаю. Может быть, новая незнакомая ей обстановка, запах бензина и тряска, может быть, незнакомая собаке высота были причиной... Дома я поставил знакомую пластинку и с радостью услышал: Марта подхватила желанный мотив. И я тоже запел: «Валенки, валенки...» Жизнь продолжалась.

И еще несколько строчек. Я видел, как геологи заводили в самолет лошадь. «Без лошади у нас нет работы...» - «А пистолет на что?» - «Это если лошадь в самолете начнет брыкаться». - «Такое случалось?» - «Пока бог миловал».

А нижний снимок - это ужак положил кладку яиц, где бы вы думали? В багажнике автомобиля! Владелец легковушки неплотно закрыл багажник машины, а сам же, видимо, надолго уехал. Машина стояла около кучи мусора, и ужак нашел место, подходящее для гнезда. (Давний снимок читателя газеты.)